Операция норвуда у новорожденного

Операция норвуда у детей

Операция норвуда у новорожденного

Патогенез этой группы аномалий недостаточно понятен. С одной стороны, гипоплазию левых структур сердца в экспериментах на животных можно получить, ограничив приток крови к этим отделам сердца, однако увеличение риска таких состояний у сибсов и других родственников предполагает наличие генетической основы.

Сердце, как правило, расположено слева и увеличено за счет его вершины, сформированной ПЖ. ЛП маленькое с узким или заросшим предсердным отверстием. Отмечается тяжелый митральный стеноз или митральная атрезия. ЛЖ маленький и часто с крохотной восходящей аортой или с атрезией аорты. Трикуспидальный клапан, как правило, сформирован нормально, отмечается гипертрофия ПЖ.

Показания к применению

Эта процедура наиболее часто выполняются для лечения синдрома гипоплазии левых отделов сердца , определенные типов митральных атрезии или других условий , которые приводят к единой циркуляции желудочка.

В этих условиях наиболее актуальной проблемой является то, что сердце не может перекачивать кровь в системный кровоток (то есть к телу). Цель этих трех операций, чтобы в конечном счете, подключить единственный желудочек в системный кровоток. Для достижения этой цели, кровоток в легких нарушается, и, следовательно, альтернативный путь должен быть создан, чтобы поставлять легкие.

Патофизиология

Гипоплазия левых отделов сердца (рис. 1) — хороший пример выдающейся адаптивности кровообращения плода, обеспечивающей выживание плода даже при таких сложных пороках. Церебральное и коронарное кровообращение осуществляется ретроградно вокруг дуги аорты через артериальный проток. У приблизительно 30% пациентов описаны врожденные структурные аномалии головного мозга.

Постнатально системное кровообращение остается зависимым от проходимости артериального протока. Для поддержания системного кровотока легочный венозный возврат должен происходить в ПЖ (как правило, через предсердную перегородку). Неперфорированная или рестриктивная предсердная перегородка приведет к раннему отеку легких.

Соотношение потоков в малом и большом круге зависит от баланса между легочным и системным сосудистым сопротивлением. При сохранении артериального протока открытым, по мере постнатального снижения легочного сосудистого сопротивления, будет увеличиваться ток крови через легкие и снижаться системное кровообращение, что приведет к ацидозу.

Рис. 1. Изображения гипоплазированых левых отделов сердца. 

А — вид на четыре камеры через грудную клетку плода, видна гипоплазия левых отделов сердца. ЛЖ визуализируется как маленькая эхогенная область, рядом с расширенным ПЖ. 

Б — аксиальное магнитно-резонансное постнатальное изображение ребенка с гипоплазией левых отделов сердца. Маленький гипертрофированный ЛЖ можно наблюдать кзади от формирующего верхушку расширенного ПЖ. 

В и Г — 3D-МРТ-реконструкции пациента с гипоплазией левых отделов сердца сразу после первого этапа реконструктивной операции Norwood в модификации Sano. Изображения обозначены цветом, при этом белый цвет отображает ПЖ, голубой — соединение между ПЖ и легочной артерией и ветку легочных артерий, красный — реконструкцию дуги аорты и нисходящей аорты.

В- вид слева, обратите внимания на крохотную восходящую аорту, рядом с гораздо большим ПК, инкорпорированным в реконструкцию дуги аорты. 

https://www..com/watch?v=ytcreatorsru

Г — вид слева, обратите внимание на расположенное спереди соединение между ПЖ и ЛА, которое снабжает ветвь ЛА. H — голова; P — задний; L — левый; F — ноги; A — передний; R — правый.

Процесс

Вход в полости тела для процедуры Норвуд достигается путем вертикального разреза над грудиной . Разделение грудины необходимо.

Эта операция является сложной и может незначительно меняться в зависимости от диагноза и общего состояния сердца .

Операцию на сердце, можно разделить на два основных этапа.

легочная артерия отделена от левых и правых частей легочной артерии и соединена с верхней частью аорты .

Уширение в легочной артерии часто необходимо, и может быть достигнуто с помощью существующего пациента биологической ткани , или соответствующей животной ткани.

Это позволяет кровь , смесь кислорода и дезоксигенированные, чтобы быть перекачиваются в организм через морфологический правый желудочек, через клапан легочной артерии .

Так как остальная часть легочной артерии теперь отключен от сердца, один из немногих методов должны быть использованы для подачи крови в легких:

  • С модифицированной Блэлок-Taussig шунта , А Gore-Tex труба (вид пластиковой трубки) используется для подключения подключичной артерии к легочной артерии. В этом случае, кровь поступает из одного желудочка, через клапан легочной артерии, реконструированную аорту, подключичную артерию, и канал, в легких. Существуют вариации на эту процедуру , когда происхождение шунта находится в другом месте в системный кровоток (например , от самой аорты) , а не подключичной артерии.
  • С шунтом Санны , делает отверстие в стенке одного желудочка, и трубопровод Gore-Tex используется для подключения желудочка в легочную артерию. Основное различие в том , что поток крови более пульсирующий , чем с версией Блэлок-Taussig.

После этого первого этапа ( переключение правого желудочка в функциональном положении отсутствующих левого желудочка ) детей , как правило перейти вниз путь к процедуре Фонтена .

Диагностика

Клинические проявления

  • тахипноэ с диспноэ;
  • цианоз с отсутствием пульса на нижних конечностях и бледность;
  • гиподинамическую прекардиальную область;
  • нормальный I тон, одинарный II и ритм галопа;
  • систолический шум изгнания (как правило, мягкий);
  • гепатомегалию. 

Рентгенография грудной клетки

На рентгенографии определяются кардиомегалия, большая тень ПП, легочный застой/отек легких. 

Часто отмечаются правостороннее смещение оси, гипертрофия ПЖ, признаки ишемии миокарда. 

  • подтверждение нормального легочного венозного возврата;
  • оценка размеров и характеристик потока через любые предсердные коммуникации;
  • оценка функции и состоятельности трикуспидального клапана;
  • оценка легочного клапана — исключение значительного стеноза или несостоятельности;
  • тщательное определение размеров восходящей аорты и дуги аорты;
  • характеристика потока через артериальный проток;
  • выявление наличия коарктации аорты;
  • оценка функций желудочков. 

Катетеризация сердца и ангиография

Диагностическая катетеризация не играет или играет очень маленькую роль в начальном ведении младенцев, которые часто находятся в критическом состоянии. Лечебная катетеризация использовалась как первый этап паллиативного лечения данного порока. 

Естественное течение и лечение

Естественное течение этого состояния без вмешательства в раннем постнатальном периоде ведет к смерти в результате закрытия артериального протока, обычно на первой неделе жизни. Появление возможности инфузии простагландинов и развитие стадийности паллиативных манипуляций привело к очевидному изменению прогноза.

https://www..com/watch?v=ytpressru

Но даже при наличии открытого артериального протока, поддерживаемого инфузиями простагландинов, для обеспечения выживаемости таких детей необходимо адекватное и постоянное ведение для предотвращения перегрузки по малому кругу с последующей СН.

Постанальное ведение детей с гипоплазией левых отделов сердца можно разделить на активное хирургическое лечение (этапное паллиативное и редко трансплантационное) и «поддерживающий уход», когда активные постнатальные вмешательства не выполняются.

Очень небольшое количество центров предлагают трансплантацию как первоочередной метод лечения, что связано со сложностями в поиске донора, которое ограничивает такой подход.

Впервые паллиативные манипуляции были выполнены в 1980-х годах и это привело к стабильному увеличению выживаемости.

Первоначальное хирургическое вмешательство (процедура Норвуда) выполняется в неонатальный период и требует рассечения легочного ствола, который анастомозируют с гипоплазированной аортой, которую, в свою очередь, наращивают с помощью гомотрансплантата.

После первой стадии в 4-6 мес следует выполнение верхнего кавопульмонального анастомоза и закрытие этого кавопульмонального соединения в 2-3 года путем создания нижнего кавопульмонального анастомоза. Выживаемость после 1-го этапа в большинстве центров составляет 80-90% и обычно выше для 2-й и 3-й стадий.

Успешно применяемый в некоторых центрах комбинированный подход, использующий, как хирургические вмешательства, так и лечебные катетеризации (гибридные процедуры), приводит к сходным результатам. Через срединную стернотомию, выполняется хирургическое билатеральная перевязка ЛА и установка, через затягивающийся шов на ЛА, стента в артериальный проток для обеспечения его проходимости.

При необходимости выполняют рассечение предсердной перегородки. Все это пока не требует обеспечения новорожденному искусственного кровообращения. Вторая стадия является более сложной, так как необходимо провести реконструкцию дуги аорты, удалить стент из протока и наложить верхний кавопульмональный анастомоз.

Согласно всем данным, происходит постепенное потеря пациентов, как между стадиями, так и после третей. Более того, похоже что неврологические результаты у большинства пациентов, леченных по протоколу Норвуда не соответствуют норме. 

Долгосрочный прогноз

Лишь некоторые пациенты, которым была выполнена операция Норвуда, в настоящее время дожили до взрослой жизни, но взрослые кардиологи должны осознавать, каких огромных усилий стоило выхаживание этих пациентов в детском возрасте и насколько улучшились ранние результаты. Всем выжившим понадобится длительное наблюдение в специализированных центрах для взрослых с врожденными заболеваниями сердца, так как проблемы могут рецидивировать.

Долгосрочная стратегия в лечении этой группы пациентов может заключаться в трансплантации сердца, однако ограничением будут предыдущие операции и малое число доноров, что приведет к ситуации, когда лишь некоторые из пациентов смогут ей воспользоваться.

John E. Deanfield, Robert Yates, Folkert J. Meijboom и Barbara J.M. Mulder

Врожденные пороки сердца у детей и взрослых

https://www..com/watch?v=upload

Опубликовал Константин Моканов

Источник: http://ooo-medpraktika.ru/blog/operatsiya-norvuda-detey/

Порок сердца ГЛОС (синдром гипоплазии левых отделов сердца) – причины, симптомы, лечение

Операция норвуда у новорожденного

Синдром гипоплазии левых отделов сердца представляет собой целую категорию заболеваний, в которую входят схожие нарушения в строении сердца, включающие недостаточную развитость его левых отделов и выраженную гипоплазию восходящей аорты. Кроме того, у ребенка может наблюдаться атрезия или стеноз отверстия клапана. Также у больного может присутствовать комбинация перечисленных факторов.

Симптомы данного нарушения возникают при закрытии артериального протока – это обычно происходит в первый день жизни новорожденного ребенка.

Для этого состояния характерны проявления кардиогенного шока – данное нарушение сопровождается ослаблением пульса, снижением температуры тела, одышкой. Также у ребенка развивается тахипноэ и цианоз, бледнеют кожные покровы.

  • Вся информация на сайте носит ознакомительный характер и НЕ ЯВЛЯЕТСЯ руководством к действию!
  • Поставить ТОЧНЫЙ ДИАГНОЗ Вам может только ВРАЧ!
  • Убедительно просим Вас НЕ ЗАНИМАТЬСЯ самолечением, а записаться к специалисту!
  • Здоровья Вам и Вашим близким!

Причины

Причины синдрома гипоплазии левых отделов сердца до конца не установлены. Есть вероятность, что данное нарушение наследуется по разным типам – аутосомно-доминантному или полигенному. Также определенную роль может играть аутосомно-рецессивный тип. Самым достоверным объяснением считается теория мультифакториального происхождения данного порока.

Существует две разновидности развития синдрома:

Первый вариант
  • считается самым сложным;
  • он подразумевает гипоплазию левого желудочка;
  • помимо того, для данного нарушения характерна атрезия устья аорты;
  • эти проблемы могут быть дополнены атрезией или стенозом митрального клапана;
  • левый желудочек имеет полость, которая отличается щелевидным характером;
  • ее размер не превышает 1 мл.
Второй вариант
  • встречается намного чаще;
  • в данной ситуации наблюдается гипоплазия левого желудочка;
  • помимо того, у ребенка возникает стеноз устья аорты;
  • также для этого варианта характерна гипоплазия восходящего отдела, дополненная стенозом митрального клапана;
  • размер левого желудочка – от 1 до 4,5 мл.

При каждой из схем развития гипоплазии наблюдается достаточно широкий открытый артериальный проток. Помимо этого, для данного заболевания характерно наличие открытого овального окна.

Оно сопровождается гипертрофией миокарда правого желудочка. Кроме того, увеличивается правая часть сердца и ствол артерии легких. Довольно часто патология сопровождается фиброэластозом эндокарда.

Нюансы гемодинамики

Сложные нарушения кровообращения при развитии данного синдрома появляются практически сразу после появления ребенка на свет. В медицине данную ситуацию называют «гемодинамической катастрофой».

Суть проблем с гемодинамикой обусловлена тем, что нарушается поступление крови из левого предсердия в желудочек, который подвергается гипоплазии. Вместо этого она через овальное окно проникает в правую часть сердца.

В этой области происходит соединение с венозной кровью. Этот фактор провоцирует объемную перегрузку правой части сердца. Также он приводит к их дилатации. Данные симптомы возникают буквально сразу после рождения ребенка.

Впоследствии основная масса смешанной крови из правой части сердца проникает в легочную артерию. Оставшаяся часть крови, которая не получила нужного объема кислорода, через открытый проток попадает в аорту и оказывается в большом круге кровообращения.

Затем незначительный объем крови проникает в венечные сосуды и гипоплазированную область восходящей аорты.

По факту правый желудочек подвергается удвоенной нагрузке – он перекачивает кровь в системный и легочный круги кровообращения. Проникновение крови в большой круг может происходить исключительно через артериальный проток.

Именно поэтому гипоплазия левых частей сердца в медицине воспринимается как порок, для которого характерно дуктус-зависимое кровообращение. При этом на прогноз для пациента влияет факт открытого артериального протока.

Сложные нарушения гемодинамики провоцируют сильную легочную гипертензию. Данное нарушение обусловлено повышением давления в сосудах малого круга. Также к негативным последствиям относят снижение артериального давления, которое связано с неправильным наполнением большого круга, и артериальную гипоксемию, обусловленную смешением крови.

Симптомы

Признаки, которые могут подтвердить данный диагноз, возникают буквально в первые часы после появления ребенка на свет. По клинической картине заболевание напоминает кардиогенный шок. Также его можно спутать с респираторным дистресс-синдромом.

Обычно дети данным синдромом рождаются доношенными. Для них характерна тахикардия, сероватый оттенок кожи, адинамия, снижение температуры тела.

В момент рождения цианоз имеет не явный характер. Однако впоследствии его проявления нарастают. Он может стать диффузным или дифференцированным. При этом поражает только нижнюю часть тела. Конечности на ощупь остаются холодными. Кроме того, наблюдается ослабление периферической пульсации.

С первого дня жизни у ребенка прогрессирует недостаточность сердца. Данное явление сопровождается застойными хрипами в сердце, отечностью периферического характера, гипертрофией печени. У таких детей нередко появляется метаболический ацидоз. Заболевание нередко провоцирует развитие анурии и олигурии.

Поскольку для патологии характерны проблемы с системной циркуляцией, у ребенка развивается неадекватная коронарная и церебральная перфузия. Данное состояние провоцирует появление кислородного голодания миокарда и мозга. Если закрывается проток артерий, ребенок в короткие сроки погибает.

Лечение

Контроль состояния детей проводится в отделении реанимации. Чтобы предотвратить закрытие или открытие протока, проводится введение простагландина Е1. Также ребенок нуждается в искусственной вентиляции легких. В такой ситуации нужно контролировать метаболический ацидоз, вводить инотропные средства и мочегонные препараты.

Гипоплазия левой части сердца требует проведения хирургического вмешательства. Такая терапия осуществляется поэтапно. Вначале проводится паллиативный этап – он выполняется в первые недели после рождения ребенка.

На данной стадии осуществляется операция Норвуда для снижения нагрузки на легочную артерию. Также благодаря такому вмешательству обеспечивается кровоснабжение аорты.

На следующей стадии в 3-6 месяцев проводится операция Геми-Фонтена. Также может возникнуть необходимость в проведении операции Гленна, которая заключается в наложении двухстороннего двунаправленного кава-пульмонального анастомоза.

Завершающая операция по коррекции данного нарушения выполняется приблизительно спустя год. На данном этапе проводится операция Фонтена. В этом случае накладывается тотальный кавопульмональный анастомоз, который дает возможность окончательно разобщить круги кровообращения.

Прогноз при синдроме гипоплазии левых отделов сердца

Данное нарушение имеет крайне неблагоприятный прогноз для жизни. В течение первого месяца умирает примерно 90 % детей с таким диагнозом. После проведения первого этапа хирургического вмешательства выживаемость составляет 75 %.

После второй стадии коррекции этот показатель составляет 95 %, а после третьей – 90 %. В общей сложности после 5 лет полной корректировки недуга удается сохранить жизнь 70 % детей.

Если данное заболевание выявляют в период внутриутробного развития малыша, ведение беременности и родов проводится в специальном учреждении.

Буквально с первого же дня жизни малыш должен быть под контролем специалистов – неонатолога. Также обязательно требуется наблюдение кардиохирурга и кардиолога. Благодаря этому удастся как можно раньше провести коррекцию нарушения.

Гипоплазия левых отделов сердца считается крайне опасным нарушением, которое часто приводит к летальному исходу. Благодаря своевременно проведенной операции можно сохранить жизнь малышу.

Источник: http://serdce.hvatit-bolet.ru/porok-serdca-glos.html

Гипоплазия левых отделов сердца: диагностика и лечение

Операция норвуда у новорожденного

Гипоплазия левых отделов сердца – врожденный порок сердца, который заключается в недоразвитии левого желудочка или его функциональной слабости.

Сокращенная полость левого желудочка и недоразвитие левого предсердия сочетается с пороками митрального и аортального клапанов, с гипоплазией аорты. Среди дефектов клапанов возможны атрезия, гипоплазия и стеноз.

Это достаточно редкий порок, частота которого, по оценкам разных источников, находится в пределах от 1 до 6% в общем числе врожденных пороков сердца. Порок получил название синдром Раухфуса-Киселя. Он является самой распространенной причиной смерти у новорожденных.

Недоразвитости левого желудочка сердца зачастую сопутствуют нарушения в межпредсердной и межжелудочковой перегородках, а также эндокардиальный фиброэластоз.

Часть исследователей считают такой порок наследственной патологией.

После рождения первого ребенка с патологией левых отделов сердца риск повторения возрастает до 4%, а после рождения второго такого ребенка – до 25%.

Некоторые утверждают, что причиной появления синдрома гипоплазии сердечного отдела является преждевременное закрытие овального окна.

Виды гипоплазии

Порок подразделяют на два вида:

  • Характеризуется недоразвитостью левого желудочка и атрезией устья аорты, может дополняться атрезией митрального клапана или стенозом митрального клапана. При этом полость левого желудочка щелевидная (минимальная). Этот вид гипоплазии наиболее тяжелый. Объем полости левого желудочка не превышает 1 мл.
  • Характеризуется недоразвитостью левого желудочка, гипоплазией и стенозом устья аорты, дополняется стенозом митрального клапана. При этом недоразвитость полости левого желудочка не так велика. Такой вид порока сопровождается фиброэластозом эндокарда. Он более распространен, чем первый. Объем полости левого желудочка может составлять от 1 до 4,5 мл.

В обоих случаях наблюдается открытый артериальный проток и открытое овальное окно, увеличение правых сегментов сердца, увеличением толщины ствола легочной артерии.

Недоразвитый левый желудочек формируется у плода на задней поверхности сердца, вверху. А правый желудочек формирует верхушку сердца. При таком пороке, наблюдается дефект межжелудочковой перегородки.

Так как левый желудочек не выполняет своей функции, обеспечение кровотока по малому и большому кругам ложится на правый желудочек сердца. Он выполняет двойную нагрузку, прокачивая кровь, как в системный, так и в легочный круг кровообращения. Попасть в большой круг кровь может только по артериальному протоку.

Порок митрального клапана препятствует току крови из левого предсердия. Артериальная кровь движется в открытое овальное окно и правое предсердие. Затем попадает в правый желудочек. В правых сегментах сердца артериальная и венозная кровь из сосудов большого круга кровообращения смешиваются.

Если нет повреждений межжелудочковой перегородки, кровь идет в легочную артерию. Проходя открытый артериальный проток, кровь попадает в нисходящую аорту.

В восходящую аорту и в коронарные сосуды небольшое количество артериальной крови поступает ретроградно.

Если порок сочетается с дефектом межжелудочковой перегородки, то из правого желудочка кровь движется в легочную артерию и в недоразвитый левый желудочек, затем в аорту.

Диагностика порока

Гипоплазия левых отделов часто определяется до рождения во время ультразвукового исследования сердца – эхокардиографии плода, на 18-20 неделе беременности. Такое исследование чрезвычайно важно.

Оно позволяет подготовиться к рождению больного ребенка и после родов быстро отправить его в специализированную клинику. Иногда в случаях персистирования, боталлова протока порок не диагностируется вовремя, не только при внутриутробном развитии плода, но и после рождения.

В ближайшее время развития ребенка артериальный проток может закрыться, что грозит смертельным исходом.

Гипоплазия левого желудочка обычно показывает себя сразу после рождения ребенка. Развитие дефекта зависит от скорости закрытия артериального протока.

Недостаточность кровообращения сказывается очень тяжело на его состоянии и обычно приводит к летальному исходу в течение нескольких дней.

Признаки порока похожи на респираторный дистресс-синдром, они сходны с признаками поражения центральной нервной системы и шока. У новорожденного наблюдается:

  • тяжелая одышка с втяжением уступчивых мест грудной клетки;
  • влажные хрипы в легких;
  • бледно-серый цвет кожи;
  • понижение рефлексов;
  • низкая двигательная активность.

Слабый пульс на конечностях сочетается с сильным сердечным толчком. Причем на руках ребенка пульс более слабый, чем на ногах. Прослушивание выявляет тахикардию 160—200 ударов в минуту и приглушенный тон сердца.

Данные замеров давления показывают систолическое не более 60-80 мм рт. ст., пульсовое – 20—25 мм рт. ст. У ребенка наблюдается патологическое увеличение размеров печени.

У трети детей, родившихся с таким пороком, появляется отечный синдром.

В первые два дня после рождения при циркулировании смешанной крови в большом круге кровообращения цианоз сильно не проявляется. На третьи сутки проявляется значительный цианоз, кожа новорожденного становится серо-голубой.

Если дефект состоит в узости отверстия аортального клапана, цианоз проявляется дифференцировано. Правая сторона тела, шеи и головы сохраняют нормальный цвет, а на левой половине проявляется цианоз. Или он не проявляется на руках, но сильно выражен на ногах в связи с выбросом крови в нисходящую аорту через Боталлов проток.

Диагноз гипоплазии левых отделов сердца подтверждается данными ЭКГ, рентгенографии, двухмерной эхокардиографии, катетеризации.

Способы лечения

Новорожденные с недоразвитием левых сегментов сердца наблюдаются в реанимационном отделении. Задачей врача является недопущение закрытия артериального протока, а также пробы его открытия.

Несколько лет назад помощь таким детям была невозможна. Сегодня существуют способы спасения, но риск летального исхода все еще велик. Без хирургического вмешательства помочь ребенку невозможно.

Хирургический способ лечения проходит в несколько этапов.

  • Паллиативный. Операция Норвуда, которая должна снизить нагрузку на легочную артерию и обеспечить кровоснабжение аорты. Срок проведения – две первые недели жизни ребенка. Выживаемость детей после операции составляет 75%.
  • Проведение операции Гленна, которую назвали двунаправленный кавопульмональный анастомоз. Она состоит в создании дополнительного сообщения верхней полой вены и левой легочной артерии. Ее цель – направить обходным путем легочный кровоток, минуя дефектный отдел сердца. Результатом операции является поток крови в двух направлениях. Операция проводится в возрасте ребенка от 3 до 6 месяцев и считается подготовительной для проведения следующего этапа. Выживаемость после вспомогательной операции составляет 95%.
  • Операция Фонтена. Ее целью является разделение двух кругов кровообращения. При этом сердце будет прокачивать кровь к органам и тканям. Но не будет участвовать в накачивании крови в малый легочный круг, туда кровь попадет самостоятельно. Так как на эффективность операции влияет развитость мышечной массы, поэтому ее проводят не ранее, чем ребенок начинает ходить. Выживаемость составляет 90%.

Диагноз гипоплазии левых отделов сердца – тяжелый и неблагоприятный. После проведения трех этапов коррекции дефекта выживают 70% детей. 90% детей с таким пороком умирает в первый месяц жизни.

Источник: https://cardio-life.info/zabolevaniya-serdca/gipoplaziya-levyx-otdelov-serdca.html

Кардиохирург из Петербурга делает уникальные операции детям. Теперь его хотят уволить

Операция норвуда у новорожденного

Родители детей с пороками сердца создали петицию против увольнения завотделением кардиохирургии детской горбольницы № 1 в Санкт-Петербурге, главного детского кардиохирурга города Рубена Мовсесяна. За сутки она собрала больше десяти тысяч подписей.

Как утверждается в открытом обращении, руководству больницы не нравится, что врач «пытается спасти всех нуждающихся детей, а не только коммерчески выгодных». В обращении говорится, что в прошлом году питерское отделение кардиохирургии приняло 1278 пациентов. Летальность при этом составила 3,3 процента, что ниже среднероссийских показателей.

Некоторые операции, которые здесь делают новорожденным, не выполняют больше нигде в России. «Лента.ру» поговорила с матерями пациентов, которых спас врач.

Елена Сорокина:

Я создатель интернет-сообщества «Кардиомама». Моя история началась не при Мовсесяне. Но в свое время я уже пережила отъезд одного уникального кардиохирурга из нашей страны.

И не мне бы не хотелось бы, чтобы такое снова случилось. Это был Вадим Германович Любомудров. Он в свое время создал отделение, где сейчас руководит Мовсесян. Любомудров уехал в 2009 году работать в Кувейт.

Это было его решение, но, вероятно, причины так поступить у него были.

В нашем сообществе сейчас почти 15 тысяч человек. И мы знаем, что это реальные люди, а не фейки, у всех — дети с пороками сердца. В обществе информированность о том, что такое пороки сердца, какие они бывают, очень низкая. Иногда семьи узнают, что у будущего ребенка проблемы, во время беременности. И начинают судорожно искать, что им делать.

В большинстве российских регионов даже при легком пороке сердца маме на сроке 26-27 недель предлагают сделать аборт. Созывается комиссия, врачи часто убеждают, что иных вариантов нет, ребенок обречен.

Но когда матери пытаются искать дополнительную информацию, находят наш форум, то с удивлением узнают, что кардиодети могут жить, ходить в школу, учиться в институтах. Легкие пороки сердца оперируют во многих местах.

Но если проблемы серьезные, есть всего несколько кардиохирургов в России, которые могут помочь. Один из них — Мовсесян.

Знаю, что пациенты на таких врачей просто молятся. Они продают квартиры в Петропавловске-Камчатском, на Сахалине, в Тюмени и переезжают в Санкт-Петербург. Они делают это, чтобы ребенок попал в руки именно к этому кардиохирургу, именно к его команде. И сейчас может оказаться так, что все это было было зря.

Мы получили информацию от матерей, детям которых были запланированы операции на сердце. У них все вмешательства переносятся или откладывается на неопределенный срок. И не в связи с пандемией, а из-за того, что неясно, что будет с их доктором.

Некоторым сказали, что, возможно, оперировать ребенка будет другой врач. Родители в шоке. Потому что такие операции — уникальны, они штучные. Мы живем в нестабильное время, в нестабильной стране, в нестабильной ситуации. Сейчас всех подкосила ситуация с ковидом.

Но если случается еще и такое — это вообще выбивает почву из-под ног.

Людмила Базилевс:

У сына врожденный порок — синдром гипоплазии левых отделов сердца (СГЛОС). Когда Александр родился, я думала, что наш случай уникальный.

Но оказалось, что детей, у которых есть только правая или только левая половинка сердца, много. И с каждым годом, к сожалению, их становится все больше. Раньше такой порок сердца считали неоперабельным.

В течение первых-вторых суток после рождения эти дети умирали. Сейчас у них есть шанс.

В России всего несколько кардиохирургов, кто берется оперировать СГЛОС. Чаще всего люди при посредничестве благотворительных фондов обращаются за помощью в Германию или едут в Санкт-Петербург.

Операции СГЛОС у детей разделены на три этапа, и каждый имеет свои названия: «Норвуд», «Гленн», «Фонтен». Нам первую часть корректировки сделали в один месяц, вторую — в восемь месяцев. Сейчас Александру три года.

Летом или в начале осени у нас был запланирован заключительный этап операции. Сейчас мы оказались между небом и землей. И что делать дальше — не понятно.

Анастасия Сесь:

У меня во время беременности примерно на восьмом месяце случился пиелонефрит (бактериальное воспаление, — «Лента.ру»). Это часто бывает, как объяснили врачи. По скорой меня отвезли в больницу, там стали перепроверять. Оказалось, что у ребенка — гипоплазия левого отдела сердца.

Я потом уже прочитала, что выживаемость детей на первом этапе операций по коррекции этого порока — около 10 процентов. И всего несколько кардиоцентров в стране, кто за такое берется. Практически везде таким детям отказывают. Потому что это — сложнейшее вмешательство, следующий уровень сложности после него — это пересадка сердца.

Но без этих операций шансов на жизнь у детей совсем нет, даже мизерных. Но меня успокоили, что мы вытянули счастливый берет. Потому что лучший доктор в России, кто делает такие операции, и у кого процент выживаемости самый большой в стране — это Рубен Рудольфович Мовсесян. И что немаловажно, его отделение — это единая команда.

Там умеют выхаживать детей после операций, а это очень и очень важно.

Через десять минут после рождения сына из роддома увезли в кардиобольницу. И там сразу начали готовить. В 21 день ему сделали операцию «Норвуда».

Она была тяжелой, но через три недели нас уже перевели из реанимации в отделение. Следующий хирургический этап — в шесть месяцев.

Потом у нас еще были корректирующие операции из-за особенностей моего сына. У него узкие кровеносные артерии, нужен был шунт.

Сейчас Ростику 2,8, мы вот-вот должны были проходить обследование перед следующим этапом операции. И я в шоке от того, что в больнице сейчас происходит. Если честно, не понимаю, как дальше быть. Потому что в России нам больше никто помочь нам не может. В Новосибирске, Калининграде есть врачи, которые делают именно такие операции.

Но они детей с пороками ведут с самого первого этапа, то есть с первых минут жизни. И со стороны, «чужих», могут и не взять. И кроме того, Рубен Рудольфович знает все о сердце моего сына, он его спас. В больнице, где он работает, реально переживают за каждого ребенка. Я раньше не сталкивалась даже и близко с таким подходом.

Каждого пациента, особенно «тяжелого», сложного, тут знают по имени, к каждому подойдут и спросят, что и как.

Обычные кардиологи могут и не знать, что бывают такие проблемы с сердцем, как у нас. Когда Ростику сделали первую операцию, я пошла в поликлнику по месту жительства за справкой — она нужна для прохождения комиссии по оформлению ребенку инвалидности.

Кардиолог, который должен был мне дать направление, недоуменно спросил: «Зачем вы вообще такого ребенка спасали?» То есть, он смотрел на мать и спокойно мне в лицо это говорил.

Предложил подождать немного: вот пройдет новая операция, если ваш сын после нее выживет, тогда и будете ему группу инвалидности оформлять.

Ростику сейчас 2.8 года. Он ничем не отличается от ровесников. Разговаривает, знает цвета на английском, считает на английском, я уж молчу о русском. Ростик даже букву «р» выговаривает, поскольку это главная буква его имени.

Носится везде, никому покоя не дает. Я в Instagram сделала пост о том, что происходит с нашей больницей, с нашим доктором. Мои знакомые, которые были не в курсе того, что перенес сын, с удивлением узнали, что у него такие проблемы.

Екатерина Соломахина:

Дочь Арина родилась слишком бледной. Врачи сразу заподозрили, что с ней что-то не то. И на четвертые сутки жизни нам поставили диагноз: тетрада фалло, атризия легочной артерии первого типа. В переводе с медицинского это означает, что ребенку не хватает кислорода.

Арину перевели в отделение кардиохирургии Детской городской больницы №1. Рубен Рудольфович Мовсесян оперировал мою дочь три раза: в один месяц, в десять и в 2 года 10 месяцев. Последняя операция была самая масштабная. Ребенка у меня забрали в 10 утра, а увидела я ее только в 10 вечера.

То есть порядка девяти часов шла операция.

Когда операция закончилась, я зашла к Мовсесяну в кабинет. Он тогда взял бумагу и нарисовал сердце Арины: что там не так, что он переделал, что куда пришил. Этот рисунок у меня до сих пор хранится вместе со всеми основными медицинскими документами дочери.

Все вокруг в общем-то знают, что Рубен Рудольфович — потрясающий хирург, с огромными знаниями, с золотыми руками. Но он еще и очень хороший человек, никому не отказывает.

Есть шанс, даже самый минимальный — он попробует его реализовать. Когда у дочери закончилась операция, в больницу срочно поступил новорожденный.

И врачи почти сразу же после нашей операции начали новую — чтобы спасти жизнь тому малышу.

Дверь в кабинет Мовсесяна всегда открыта. Любой пациент, если у него есть проблемы, может зайти к нему и все обсудить. Он всегда и обо всем говорит прямо. Ситуация у моей дочери сложная и неоднозначная. После обследования врач честно сказал, что не знает, как поступить.

Взял паузу на то, чтобы подумать и все решить. Но сказал, что если почувствует, что не сможет нам помочь, то даст контакты врачей и в России, и за рубежом, которые могли бы попытаться. И не просто даст контакты, а лично свяжется и все им объяснит.

Хотя наш порок сердца не такой уж редкий, но все осложняется анатомическими особенностями ребенка.

Через некоторое время Рубен Рудольфович вызвал нас и сказал: «Гарантий дать не могу, что все закончиться идеально. Но мы разрежем, увидим сердце и будем делать свою работу». Потом, когда все было кончено, мы с Ариной пришли, уже после выписки, на контрольные обследования, он спросил: «Как она себя чувствует?» «Хорошо». «Значит, мы все сделали правильно».

Я узнавала, как решают нашу проблему в Европе. В Германии Берлинский кардиоцентр предложил точно такую же тактику, как врачи в Санкт-Петербурге. Но ценник там начинался от 40 тысяч евро. В Америке запросили от 100 тысяч долларов.

Когда нам стало известно, что доктора хотят уволить, у меня пошатнулась земля под ногами. До какой степени нужно презирать профессионалов, обесценивать их уникальный опыт? Как можно человека, который спасает тысячи жизней, взять и выбросить? Все родители просто в шоке.

Ксения Даниленко:

У моего сына Никиты синдром гипоплазии левых отделов сердца. Если объяснять на пальцах, по-простому, — у ребенка левая половина сердца вообще не развита. Такие дети без помощи хирургов просто не живут.

Диагноз поставили во время беременности, но перед самыми родами. Экстренную операцию на открытом сердце ему сделали уже на вторые сутки жизни. После этого у нас было еще четыре сложнейших операции на открытом сердце.

После последней операции сын очень долго был на аппарате искусственной вентиляции легких. Мы почти год провели в больнице, в реанимации. Я днем была с сыном в больнице, а на ночь уходила домой.

Каждый день врачи подробно рассказывали мамам, что происходит с ребенком, какие изменения произошли, какие обследования, процедуры сделаны. Доктора говорят честно, чего можно ждать, а чего — нет.

Сейчас сыну шесть лет, он стабилен. Но мы понимаем, что любой момент ему может стать хуже, может потребоваться дополнительная операция. То есть проблема полностью неустранима. Сердце Никиты никогда не будет как у обычного человека.

И никто не может сказать, как в дальнейшем поведет себя организм. Но мы всегда радовались, что живем в Санкт-Петербурге, что там есть адрес: улица Авангардная,14 [адрес ДГБ№1], где Никите всегда смогут помочь.

Получается, больше не помогут?

Татьяна Писарева:

Я в 2010-м году родила сына со сложным пороком сердца — двойное отхождение магистральных сосудов от левого желудочка сердца. Но тот момент в Питере детей с такой патологией просто не было.

Если объяснять на пальцах, то сердце у сына было просто неправильно сформировано. Почему так случилось — не понятно. Беременность у меня была вторая, запланированная.

Во время узи никаких проблем гинекологи не видели.

В полтора месяца Рубен Рудольфович провел сыну сложнейшую операцию. У нас в реанимации была остановка сердца, клиническая смерть и прочее. Но самое главное, что технически Мовсесян просто собрал Илье новое сердце.

После этого у нас еще было три операции: стент в легочной артерии, кардиостумулятор. Даже зная наш диагноз, не каждый хирург разберется, что там с сердцем Ильи, где у него какие артерии проходят, какие перегородки.

Сыну десять лет. Он обычный парень, который ничем не отличается от других. В будущем нам предстоит операция по замене кардиостимулятора, потому что срок у таких аппаратов примерно семь лет. Ну и возможно, Илье когда-нибудь понадобится протез легочной артерии.

Если наступит такой момент, то естественно, мы по всему миру побежим искать Мовсесяна, потому что у Ильи сердце, которое сделал доктор. Есть масса врачей и в России, и за рубежом, которые очень многое умеют, которые супер-специалисты. Но для меня, мамы Ильи Писарева, важны именно руки, именно знания доктора Мовсесяна.

То, что он сделал для моего сына, работает уже десять лет. Если бы он тогда нам не помог, сына просто не было бы.

Не понимаю, что происходит. Не могу утверждать, но подозреваю, что все дело в деньгах. Выходить таких ребят, как мой сын — это очень дорого, Экономически выгоднее сделать простейшую операцию на сердце, после которой ребенок станет практически здоровым. Сложные операции стоят миллионы рублей. И такие пациенты должны наблюдаться всю жизнь. Наверное, государству это не рентабельно.

P. S. В социальных сетях на официальной странице Детской городской больницы №1 Санкт-Петербурга появилось разъяснение о том, что «никакого приказа об увольнении господина Мовсесяна на сегодняшний день нет».

И главная задача клиники в условиях пандемии — «сохранить коллектив, сберечь существующие центры и уникальные службы, которые создавались ценой больших усилий на протяжении многих лет, продолжить оказание специализированной и экстренной медицинской помощи, не снижая высокой планки, которую держит учреждение под руководством главного врача, заведующего кафедрой ПСПбГМУ им. акад. И. П. Павлова, заслуженного врача РФ, д.м.н., профессора А. В. Кагана».

Когда кардиородители попытались уточнить, доктор не уволен именно сейчас или вообще не будет уволен, вопрос был удален модератором, возможность комментировать пост была отключена.

Источник

1 – 1 Читать новости без рекламы

Источник: https://newsrank.ru/2020/06/11/%D0%BA%D0%B0%D1%80%D0%B4%D0%B8%D0%BE%D1%85%D0%B8%D1%80%D1%83%D1%80%D0%B3-%D0%B8%D0%B7-%D0%BF%D0%B5%D1%82%D0%B5%D1%80%D0%B1%D1%83%D1%80%D0%B3%D0%B0-%D0%B4%D0%B5%D0%BB%D0%B0%D0%B5%D1%82-%D1%83/

До родов
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: